Сказки-сказки, сказками зовут только те, которые летают, летают, сказками, сказками, сказками зовут…
Сказки.
Мягкое, теплое, светло-зеленое.
Ну и что, что не бывает, не бывает у кого? У кого не бывает, у того и сказок нет, а тут – есть. Мягкие, теплые, светло-зеленые сказки. Как носочки шерстяные, как свитер любимый. Варежки-рукавички, носочки-ноговички, у кого нет – у того и сказок нет, а тут есть.
Если в снег носом рухнуть, подышать на него и лечь обратно, а глаза не закрывать, то он же просвечивает с боков, а щеки кусает мороз, и нос кусает, только не больно, а так – любя. И лежать, щурясь от морозьих зубок, и смотреть, как просвечивает снег.
А сказки – они вот же, под диваном прячутся, из-под клавиш выглядывают, по сосне скачут и снежинки на ней колышут вязаные. Маленькие, не выросшие еще, но уже, как настоящие взрослые сказки, мягкие и теплые, чуть грустные или веселые, рыбками в воздухе плавают, от пыли смешно чихают, бликами в стекле прыгают.
Зажжешь свечку – на огонек слетаются. Потушить если свет верхний, их увидать даже можно, а если свечка зеленая-цветная, ластятся к ней, цвета набираются, греются. Сказки – они же светло-зеленые. Они тишину любят, чтобы в ней в уши залезать, чтобы сниться потом ночью и звенеть неслышно голосочками своими сказочьими.
В сказках – небо и земля, облака, как снег, пушистые и теплые, свет рассеянный и белый-белый-белый, забывает часто, что надо идти куда-то и тени творить, и тени про себя не напоминают – прячутся в елках и дырках во льду, смеются неслышно над рассеянным светом и нишкнут, чтоб не нашел раньше времени. Лечь на бело-белую от снега землю и смотреть в небо бело-голубое, фыркая, когда снежинки, те, что понаглее, забираются в нос. Сказки вокруг сидят тихонько, греют, не дают озябнуть, теплые же они.
Если не топать, сказки той же дорогой идут, зимой позванивая, следы на снегу звериные показывая, на вейнике, из-под снега торчащем, раскачиваются, под свитер забираются, в самое плетение, живот исподволь щекочут. Не обидишь – совсем поселятся, кусочки нефрита облюбуют, струны, бумагу, сниться будут и из-под пальцев, смеясь, улепетывать, а потом тихой сапой подкрадываться и щекотаться опять.
Они же такие, сказки, - мягкие, теплые, светло-зеленые.
Сказки.
Мягкое, теплое, светло-зеленое.
Ну и что, что не бывает, не бывает у кого? У кого не бывает, у того и сказок нет, а тут – есть. Мягкие, теплые, светло-зеленые сказки. Как носочки шерстяные, как свитер любимый. Варежки-рукавички, носочки-ноговички, у кого нет – у того и сказок нет, а тут есть.
Если в снег носом рухнуть, подышать на него и лечь обратно, а глаза не закрывать, то он же просвечивает с боков, а щеки кусает мороз, и нос кусает, только не больно, а так – любя. И лежать, щурясь от морозьих зубок, и смотреть, как просвечивает снег.
А сказки – они вот же, под диваном прячутся, из-под клавиш выглядывают, по сосне скачут и снежинки на ней колышут вязаные. Маленькие, не выросшие еще, но уже, как настоящие взрослые сказки, мягкие и теплые, чуть грустные или веселые, рыбками в воздухе плавают, от пыли смешно чихают, бликами в стекле прыгают.
Зажжешь свечку – на огонек слетаются. Потушить если свет верхний, их увидать даже можно, а если свечка зеленая-цветная, ластятся к ней, цвета набираются, греются. Сказки – они же светло-зеленые. Они тишину любят, чтобы в ней в уши залезать, чтобы сниться потом ночью и звенеть неслышно голосочками своими сказочьими.
В сказках – небо и земля, облака, как снег, пушистые и теплые, свет рассеянный и белый-белый-белый, забывает часто, что надо идти куда-то и тени творить, и тени про себя не напоминают – прячутся в елках и дырках во льду, смеются неслышно над рассеянным светом и нишкнут, чтоб не нашел раньше времени. Лечь на бело-белую от снега землю и смотреть в небо бело-голубое, фыркая, когда снежинки, те, что понаглее, забираются в нос. Сказки вокруг сидят тихонько, греют, не дают озябнуть, теплые же они.
Если не топать, сказки той же дорогой идут, зимой позванивая, следы на снегу звериные показывая, на вейнике, из-под снега торчащем, раскачиваются, под свитер забираются, в самое плетение, живот исподволь щекочут. Не обидишь – совсем поселятся, кусочки нефрита облюбуют, струны, бумагу, сниться будут и из-под пальцев, смеясь, улепетывать, а потом тихой сапой подкрадываться и щекотаться опять.
Они же такие, сказки, - мягкие, теплые, светло-зеленые.